Ася и геля

Серый свет Петербурга пробивался сквозь неплотно задернутые шторы, окрашивая комнату в пыльные, стальные тона. Ася проснулась оттого, что холодный воздух коснулся ее плеча. Кровать, еще вчера казавшаяся слишком тесной для двоих, теперь пустовала с одной стороны. Простыни сохранили остатки чужого тепла, но Гели рядом не было. Ася потянулась, чувствуя непривычную ломоту в мышцах — сказывалось вчерашние напряжение и то, как отчаянно они вцеплялись друг в друга в темноте комнаты.

На прикроватной тумбе лежал брошенный парик Нила — рыжий ворох синтетических волос выглядел в утреннем полумраке странным, почти пугающим артефактом. Ася отвела взгляд. Ей не хотелось думать о съемках. Ей хотелось продлить это состояние тишины, когда границы между ними были стерты не гримом, а чем-то гораздо более осязаемым.

Из кухни донесся тихий лязг металла и приглушенное ругательство. Затем послышался запах — едкий, характерный аромат пережаренного хлеба. Ася улыбнулась, зарываясь лицом в подушку. Геля и кухня были понятиями трудносовместимыми. Геля могла часами вырисовывать идеальные шрамы на скулах или подбирать линзы нужного оттенка, но яичница для нее всегда оставалась задачей повышенной сложности.

Скрипнула дверь. Ася прикрыла глаза, делая вид, что все еще спит. Она слышала осторожные, почти невесомые шаги. Геля старалась двигаться тихо, но старые паркетные полы коммуналки предательски стонали под каждым движением.

Ася, я знаю, что ты не спишь. У тебя ресницы дрожат, прошептал знакомый голос. В нем не было вчерашней резкости, только легкая хрипотца и какая-то новая, непривычная мягкость.

Ася приоткрыла один глаз. Геля стояла у кровати, балансируя с большим подносом, который она, судя по всему, позаимствовала у соседки из сороковой комнаты. На подносе красовались две чашки кофе, тарелка с подозрительно темными тостами и пара нарезанных яблок. Сама Геля была в огромной Асиной футболке, которая сползала с одного плеча, открывая бледную ключицу.

Завтрак в постель? Рискованно, пробормотала Ася, садясь и опираясь спиной о ледяную стену. Ты решила нас окончательно выселить, если плита загорится?

Геля упрямо сжала губы, и в этом жесте Ася узнала ту самую девчонку, которая вчера доказывала ей тонкости характера Нила Джостена.

Ешь давай. Тосты не сгорели, они... карамелизировались. И кофе нормальный, я три раза переделывала, пока пенка не получилась.

Она осторожно опустила поднос на одеяло и забралась на кровать с ногами, устраиваясь напротив Аси. Некоторое время они сидели в молчании, прерываемом только шорохом за окном и далеким гулом просыпающегося города. Ася взяла чашку. Кофе был обжигающе горячим и слишком сладким — именно таким, какой она любила, хотя всегда утверждала обратное.

Геля внимательно следила за ее реакцией. В утреннем свете она казалась младше своих двадцати одного. Без сложного грима, с растрепанными волосами и припухшими губами, она выглядела беззащитной. Ася почувствовала, как внутри снова ворохнулось то странное, защитное чувство. Ей захотелось протянуть руку и коснуться ее, но она медлила, боясь разрушить хрупкое равновесие этого утра.

У тебя на шее пятно, тихо сказала Геля, кивая на воротник Асиной футболки. Грим вчера так и не отмылся до конца.

Ася машинально коснулась кожи.

Ничего, под воротником водолазки Эндрю не будет видно. Главное, чтобы фотограф не пришел раньше времени.

При упоминании фотографа Геля заметно напряглась. Она взяла один из тостов, но так и не откусила от него. Ее упрямство, обычно направленное на достижение идеального кадра, теперь трансформировалось в тугое беспокойство.

Ася, насчет вчерашнего... проговорила она, не поднимая глаз. Это ведь не было частью подготовки? Ты не пыталась таким образом... ну, войти в роль?

Ася поставила чашку на поднос. Звон керамики о дерево прозвучал слишком громко. Она подалась вперед, сокращая расстояние между ними. Ей нужно было, чтобы Геля посмотрела на нее.

Гель, посмотри на меня.

Та неохотно подняла голову. В ее глазах плескалось сомнение, смешанное с тем вызовом, который Ася видела в ней с самого первого дня их знакомства.

Я никогда не использую людей для работы, жестко сказала Ася. Ты знаешь, как я отношусь к процессу. Но вчера... Это не имело отношения ни к Аарону, ни к Нилу, ни к чертовым «Лисам». Мне плевать на канон, когда ты стоишь рядом и смотришь на меня так, будто я — единственное, что мешает тебе развалиться на части.

Геля прерывисто выдохнула. Она подалась навстречу, и Ася почувствовала, как пальцы младшей девушки впились в ее колено сквозь ткань штанов.

Я просто не хочу, чтобы это стало очередным проектом, прошептала Геля. У нас и так вся жизнь состоит из переодеваний и чужих имен. Я хочу знать, что когда я просыпаюсь, я вижу Асю. Упрямую, невозможную Асю, которая вечно спорит из-за света, а не Эндрю Миньярда.

Ася улыбнулась, на этот раз искренне и тепло. Она протянула руку, медленно ведя кончиками пальцев по шее Гели, чувствуя, как та вздрагивает от этого касания. Слабость Гели была ей известна слишком хорошо, но теперь Ася не собиралась использовать ее как оружие. Это было признание.

Ты видишь меня, Гель. Только меня.

Они просидели так еще несколько минут, пока кофе не начал остывать. Идиллия была разрушена резким, требовательным звонком в дверь. Звонок в этой коммуналке был настроен на максимальную громкость, чтобы жильцы могли услышать его даже через три коридора.

Ася вздрогнула. Геля быстро схватила поднос, едва не пролив остатки кофе.

Это он? Фотограф? Так рано? испуганно спросила она.

Ася взглянула на часы на телефоне. Экран показывал девять утра. Съемка должна была начаться только в одиннадцать.

Не знаю. Может, соседи, или почта. Сиди здесь, я проверю.

Она быстро накинула халат и вышла в длинный, темный коридор. У входной двери, подпирая косяк, стоял высокий мужчина с массивным кофром для аппаратуры. Это был Виктор — фотограф, которого они наняли для финального сета. У него был тяжелый взгляд и репутация человека, который видит сквозь любую маску.

Привет, Ася. Решил заскочить пораньше, свет сейчас в твоих окнах идеальный для того, что мы планировали, сказал он, не дожидаясь приглашения и делая шаг внутрь. Кстати, я вчера пересмотрел ваши прошлые пробы. Знаешь, чего-то не хватало. Какой-то химии. Но, судя по тому, как ты выглядишь сейчас... кажется, мы найдем то, что нужно.

Он прищурился, глядя на ее шею, где под распахнутым воротником халата отчетливо виднелись рыжие пятна грима и свежий, багровый след от укуса.

Ася замерла, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. Виктор прошел мимо нее, направляясь прямиком к комнате, где все еще пряталась Геля.

Надеюсь, твой Нил уже готов к труду и обороне, бросил он через плечо, касаясь дверной ручки. Нам нужно снять то, что вы так долго скрывали.