То что все не ожидали

Солнечный свет отражался от лазурной поверхности бассейна, ослепляя Вальта, который с восторженным воплем плюхнулся в воду, обдав брызгами стоящего на краю Шу. Огромный загородный особняк, предоставленный директором турниров, больше напоминал современную крепость, утопающую в зелени, чем просто место для отдыха. Но для этой компании даже самый спокойный уголок земли мог превратиться в арену для столкновений.

Луи Широзаки стоял в тени навеса, скрестив руки на груди. Его лавандовые волосы казались почти белыми в ярком свете, а колючий взгляд был устремлен на Ксандера, который громко хохотал, соревнуясь с Дайго в армрестлинге на террасе. Ксандер выглядел расслабленным, его огромная фигура доминировала в пространстве, но Луи замечал едва уловимые взгляды, которые его муж бросал в его сторону каждые несколько минут. Три года тайного брака научили их понимать друг друга без слов, но здесь, под надзором всей элиты блейдеров, эта скрытность начинала утомлять.

Укио Кибаки бесшумно скользнул к Ксандеру, положив руку ему на плечо. В его движениях было слишком много показной преданности, которую Луи терпеть не мог. Укио всегда считал, что он ближе всех к своему наставнику, и присутствие Широзаки в этом кругу явно вызывало у него зуд.

Послушай, Ксандер, я распорядился, чтобы твои вещи перенесли в восточное крыло, там лучший вид на горы, — негромко произнес Укио, игнорируя присутствие остальных. — Я подумал, что тебе захочется тишины после всех этих тренировок.

Ксандер на секунду замер, его ладонь почти прижала руку Дайго к столу. Он мельком глянул на Луи. Тот едва заметно сузил глаза, и в этом жесте читалась не просто ревность, а холодное обещание устроить скандал, если ситуация выйдет из-под контроля.

Спасибо, Укио, но я планировал расположиться поближе к центру, — Ксандер мягко отстранился, заканчивая поединок победным рывком. — Мы же приехали отдыхать всем вместе, верно?

Зак, поправляя свои безупречные локоны, театрально вздохнул и оперся на спинку стула.

Ах, тишина — это так скучно! Нам нужно устроить грандиозный ужин. Фри, ты с нами? Или опять собираешься проспать все веселье под деревом?

Фри Делахоя, который до этого момента казался абсолютно безучастным, медленно открыл один глаз. Он полулежал в шезлонге, прикрыв лицо журналом. Его голос прозвучал на удивление четко и без привычной сонливости.

Мне все равно на ужин, — лениво протянул Фри. — Но мне не нравится, когда люди усложняют очевидные вещи. Укио, твои хлопоты бесполезны.

Укио нахмурился, вглядываясь в лицо Фри.

О чем ты говоришь? Я просто забочусь о комфорте Ксандера.

О том, что Луи и Ксандер должны спать в одной комнате, — Фри приподнялся на локтях, обводя присутствующих спокойным взглядом. — Они муж и жена, если ты еще не заметил. Или ты думаешь, что три года назад они просто обменялись кольцами ради шутки?

На террасе воцарилась гробовая тишина. Вальт перестал барахтаться в воде и замер с открытым ртом. Дайго медленно перевел взгляд с Луи на Ксандера, пытаясь осознать масштаб услышанного. Шу, вытирая лицо полотенцем, застыл, не донеся руку до головы.

Секрет, который они так тщательно оберегали, вырвался наружу в самой будничной манере из возможных. Луи почувствовал, как внутри него закипает ярость, смешанная с облегчением. Он оттолкнулся от колонны и сделал шаг вперед, его аура стала тяжелой и ледяной.

Фри, ты иногда слишком много болтаешь для того, кто вечно спит, — прошипел Луи, сверкнув глазами.

Ксандер громко рассмеялся, хотя в его смехе слышались нотки напряжения. Он подошел к Луи и, к шоку всех присутствующих, по-хозяйски положил руку ему на талию, притягивая к себе.

Ну, раз уж карты раскрыты, то скрываться больше нет смысла, — Ксандер посмотрел на побледневшего Укио. — Так что отмени свои распоряжения насчет восточного крыла, приятель.

Лицо Укио исказилось. Это не было просто удивление — в его глазах промелькнула настоящая ненависть, направленная на Широзаки. Он резко развернулся и ушел в сторону дома, не проронив ни слова.

Да ладно! — Вальт наконец обрел дар речи и выскочил из бассейна, разбрызгивая воду повсюду. — Вы женаты?! Три года?! Почему никто не сказал мне? Я бы приготовил самый большой торт в мире!

Луи поморщился от излишнего шума Вальта, но не оттолкнул руку Ксандера. Ему было плевать на восторги Аоя, его беспокоил уход Укио. Он слишком хорошо знал этот тип людей: тихие и исполнительные, они становились опасными, когда их лишали иллюзии близости к кумиру.

Вечер обещал быть долгим. Пока Зак и Вальт наперебой задавали вопросы, пытаясь выяснить детали свадьбы, Укио стоял в тени коридора второго этажа, наблюдая за ними сверху. В его руках был небольшой флакон, который он сжимал так сильно, что костяшки пальцев побелели.

Ты не получишь его так просто, Широзаки, — прошептал Укио, глядя на то, как Ксандер что-то весело шепчет Луи на ухо. — Брак — это всего лишь бумага. И я найду способ её аннулировать.

Он знал, что у Луи есть одна слабость, связанная с его гордостью и вспыльчивостью. Нужно было лишь создать ситуацию, в которой Ксандеру пришлось бы выбирать между честью своего ученика и невыносимым характером своего мужа.

Когда все начали расходиться по комнатам, чтобы переодеться к ужину, Укио быстро проскользнул в спальню, отведенную для «супругов». Он знал, что Луи первым пойдет проверять багаж.

Фри, проходя мимо лестницы, внезапно остановился и посмотрел вверх, словно почувствовав чужое присутствие. Его взгляд на мгновение пересекся с тенью Укио, но он лишь равнодушно пожал плечами и продолжил свой путь к кухне, бормоча что-то о яблоках.

Луи вошел в комнату через десять минут. Внутри было подозрительно тихо, а окно было распахнуто настежь, хотя Ксандер всегда закрывал его из-за сквозняков. Широзаки прищурился, чувствуя в воздухе едва уловимый, резкий запах, который явно не принадлежал их парфюму.

Ксандер, ты здесь? — позвал он, проходя вглубь помещения.

Ответом ему был странный шорох из гардеробной. Когда Луи распахнул двери, он увидел не Ксандера, а разбросанные вещи и разорванную фотографию, которую они хранили с того самого дня в небольшом храме в горах. В этот момент дверь спальни за его спиной с щелчком заперлась, а из-под нее начал просачиваться густой белый дым.