То что все не ожидали

Гул вертолетных винтов бил по стеклам, заставляя их мелко дрожать. Луи Широзаки почувствовал, как сознание возвращается к нему рывками, сквозь пелену острой боли в легких и зуд на коже. Он собирался открыть глаза и потребовать тишины, но внезапная судорога, пробежавшая по руке Ксандера, заставила его замереть. Гигант все еще сжимал его ладонь, но теперь его хватка была не нежной, а каменной. Луи решил повременить. Он расслабил мышцы лица, выровнял дыхание и провалился в обманчивую неподвижность, превращаясь в слух.

В коридоре послышались тяжелые шаги берцев, диссонирующие с мягкой походкой персонала больничного крыла. Дверь палаты распахнулась с таким грохотом, будто ее пнули.

Ксандер, отойди от него.

Голос Укио изменился. В нем больше не было той тихой, вкрадчивой преданности ниндзя. Теперь он звучал властно, холодно, с отчетливыми интонациями человека, за спиной которого стоит целая империя и вооруженная охрана. Луи почувствовал, как Ксандер медленно поднялся со стула. Скрип мебели показался в тишине комнаты оглушительным.

Ты вернулся, Укио, — голос Ксандера был пугающе спокойным. — Я думал, ты достаточно умен, чтобы бежать дальше, чем за пределы сада.

Я никуда не побегу из собственного дома, — отрезал Кибаки. — Моя семья спонсирует этот турнир и этот особняк. Я просто пришел забрать то, что принадлежит мне по праву. Твое внимание, твое время и твою верность.

Луи почувствовал, как внутри него закипает холодная ярость. Этот мальчишка действительно возомнил, что может купить чувства человека, который привык ломать любые преграды на своем пути.

Ты перешел черту, — сказал Ксандер. — Ты чуть не убил его. Ты заблокировал вентиляцию газом. Ты думаешь, я прощу это?

Укио подошел ближе. Луи слышал шелест его одежды совсем рядом с кроватью.

Это был необходимый риск. Луи Широзаки — паразит. Он питается твоей силой, твоей добротой. Посмотри на него сейчас: беспомощный, обгоревший, жалкий. Это великий чемпион? Это тот, ради кого ты скрываешь наш союз от мира? Да, Ксандер, я знаю, почему ты молчал три года. Ты боялся, что если мир узнает, что ты принадлежишь этому монстру, твоя репутация рухнет. Но теперь всё иначе. Мой отец прислал людей. Мы улетаем. Сейчас.

Ксандер издал короткий, сухой смешок, в котором не было ни капли веселья.

Я никуда не полечу с тобой. И я никогда не стыдился Луи. Мы молчали, потому что это была наша общая тайна, наш единственный способ сохранить хоть что-то личное в этом цирке под названием бейблейд. А ты... ты просто не смог пережить, что в моем сердце нет места для твоего фанатизма.

Послышался щелчок. Луи, даже с закрытыми глазами, понял, что это был звук взводимого механического пускового устройства, переделанного под боевое применение. Укио не собирался отступать.

У него нет будущего, Ксандер. Я распорядился, чтобы его дисквалифицировали пожизненно за неспортивное поведение и провокацию драки. Документы уже подписаны директором под давлением моих юристов. Он больше не игрок. Он никто. Пойдем со мной, и я сделаю тебя легендой, которая затмит даже Фри Делахою.

В этот момент Луи почувствовал, что больше не может сдерживаться. Его рука, которую Ксандер выпустил несколько мгновений назад, нащупала край одеяла. Но прежде чем он успел дернуться, дверь палаты снова открылась.

Знаете, я всегда считал, что спать в тишине полезнее, но этот шум мешает даже мне.

Фри Делахоя стоял в дверном проеме, засунув руки в карманы. Его глаза, обычно полуприкрытые, сейчас остро блестели. За его спиной маячили Вальт и Шу, чьи лица выражали крайнюю степень негодования.

Укио, ты ведешь себя как избалованный ребенок, — продолжил Фри, игнорируя направленное на него устройство в руках Кибаки. — Ты пытаешься разрушить то, что строилось годами. Ксандер и Луи... они как две стороны одной медали. Один — невыносимый лед, другой — разрушительная мощь. Убери одного, и второй потеряет смысл.

Заткнись, Фри! — выкрикнул Укио, его голос сорвался на истеричный фальцет. — Ты ничего не понимаешь! Ксандер, делай выбор. Сейчас. Или охрана введет сюда усыпляющий состав, и вы оба проснетесь в разных концах мира. Ты — в моем замке, он — в какой-нибудь глуши без гроша в кармане.

Луи понял: пора заканчивать этот спектакль. Он резко распахнул глаза и сел на кровати, игнорируя вспышку боли в груди. Его взгляд, ледяной и пронзительный, встретился с ошеломленным взглядом Укио.

Моя очередь выбирать, — прошипел Луи.

Он сорвал с плеча датчики монитора, которые тут же запищали тревожным сигналом. Ксандер мгновенно шагнул к нему, закрывая собой от Укио.

Луи, лежи, тебе нельзя... — начал было Ксандер, но Широзаки оттолкнул его руку.

Ты слышал его, Ксандер? Он лишил меня бейблейда. Он думает, что бумажки его отца сильнее, чем моя ярость.

Луи встал на ноги, пошатнулся, но удержал равновесие. Он смотрел на Укио как на мелкое насекомое, которое случайно укусило льва.

Укио Кибаки, ты совершил ошибку, — Луи сделал шаг вперед, не обращая внимания на охрану, которая начала заполнять комнату. — Ты думал, что я держусь за Ксандера ради статуса или силы. Но это он держит меня, чтобы я не превратил таких, как ты, в пепел.

Укио вскинул пусковое устройство, но его рука дрожала. Охранники нерешительно переглядывались: перед ними был не просто раненый спортсмен, а человек, от которого исходила почти физическая волна угрозы.

Назад! — крикнул Укио. — Я нажму на спуск! Этот наконечник пробьет любую преграду!

Давай, — оскалился Луи. — Стреляй. Но помни: если ты промахнешься хоть на миллиметр, я вырву твой язык и заставлю тебя съесть эти чертовы документы о дисквалификации.

В комнате воцарилась тяжелая, липкая тишина. Ксандер сжал кулаки, готовый к прыжку. Вальт и Шу замерли, понимая, что ситуация балансирует на грани катастрофы. Фри лишь слегка наклонил голову, наблюдая за драмой с профессиональным интересом.

В этот момент снаружи раздался голос директора турнира, усиленный мегафоном.

Мистер Кибаки! Ваше время истекло! Власти уже здесь, и наличие вашего герба на вертолете не дает вам права на вооруженный захват медицинского крыла!

Укио побледнел. Его план, казавшийся безупречным в его воспаленном воображении, разваливался на куски. Он посмотрел на Ксандера, ища в его глазах хоть каплю прежнего тепла, но увидел там только холодное презрение и решимость защищать Луи до конца.

Это еще не конец, — прошептал Укио, отступая к окну, через которое он собирался бежать к вертолету. — Ты пожалеешь, Ксандер. Ты пожалеешь, что выбрал его.

Он нажал на спуск, но не в сторону Луи. Снаряд с грохотом врезался в потолочную панель, вызывая обрушение штукатурки и пыли, создавая дымовую завесу. В хаосе и криках Укио прыгнул на веревочную лестницу, свисающую с вертолета.

Машина начала резко набирать высоту, унося похитителя спокойствия в предрассветное небо.

Ксандер подхватил Луи, который едва не упал от резкого приступа кашля.

Он улетел, — выдохнул Вальт, подбегая к окну. — Но он же вернется? Такие люди не сдаются просто так.

Луи вытер кровь с губы и посмотрел на Ксандера. Его глаза горели тем самым огнем, который когда-то покорил великана.

Пусть возвращается, — прохрипел Луи. — Но теперь мы не будем прятаться. Ксандер, завтра на пресс-конференции ты объявишь всё. Весь мир узнает, что Широзаки — это твоя фамилия по документам. И пусть попробуют меня дисквалифицировать после этого.

Ксандер улыбнулся, впервые за эту долгую ночь по-настоящему тепло. Он прижал Луи к себе, не заботясь о том, что за ними наблюдают друзья и охрана.

Как скажешь, Луи Широзаки-Шакадера. Но сначала — ты вернешься в кровать.

Луи хотел возразить, но слабость взяла свое. Однако, засыпая на руках мужа, он уже строил план мести, который заставит семью Кибаки проклясть тот день, когда их сын решил поиграть с огнем.

Через час, когда вертолет уже скрылся за горизонтом, Фри Делахоя подошел к окну и поднял с пола оброненный Укио бей. Он повертел его в руках и выбросил в мусорную корзину.

Зря он это начал, — повторил Фри. — Теперь Луи не просто зол. Он хочет войны. А в войне с Луи выживших не бывает.

На столе в гостиной, куда спустились остальные, лежал конверт, оставленный Укио в суматохе. Шу открыл его и нахмурился.

Это не только дисквалификация, — сказал он, обращаясь к подошедшему Ксандеру. — Тут ордер на арест Луи по сфабрикованному обвинению в нападении. Они планируют перехватить его, как только он покинет этот дом.