Глава 2
Боль в глазах пульсировала в такт сердцебиению, но Юичи больше не обращал на неё внимания. Весь мир изменился. Каждая деталь стала отчётливой до болезненности — он видел, как пот стекает по лбу противника, как дрожат его пальцы, сжимающие кунай, как чакра неровными потоками циркулирует по его телу.
Ниндзя из Ивагакуре медленно отступал, не сводя глаз с новых очертаний в шарингане Юичи. Страх читался в каждом его движении.
— Мангёкё шаринган, — повторил Юичи тише, словно пробуя незнакомое слово на вкус. — Значит, это то, что я чувствовал все эти годы.
Он сделал шаг вперёд. Земля под ногой треснула — не от силы удара, а от чего-то другого. Что-то тёмное и голодное просыпалось внутри него, требуя выхода.
— Ты убил Ямато, — продолжил Юичи, и его голос стал ровным, почти безразличным. — Перерезал ему горло.
— Слушай, парень, — ниндзя Ивы поднял свободную руку в примирительном жесте. — Это была война. Он сражался, я сражался. Ничего личного.
— Ничего личного? — Юичи наклонил голову набок. В новом зрении он мог видеть, как чакра противника сбивается в беспорядочные потоки. Страх делал его слабее. — Но ты же хвастался этим. Специально рассказал мне.
Ниндзя Ивы попытался сложить печати для техники побега, но его пальцы дрожали слишком сильно. Юичи смотрел на эти жалкие попытки с любопытством учёного, изучающего интересный образец.
— Покажи мне, — прошептал он.
— Что... что показать?
— Как ты его убил. — Юичи сделал ещё один шаг. — Как именно ты перерезал горло моему двоюродному брату.
В мангёкё шарингане что-то отозвалось на эти слова. Тёмная сила, дремавшая в глубине, потянулась к поверхности. Юичи почувствовал, как что-то холодное и липкое касается края его сознания.
Противник внезапно замер. Его глаза расширились, зрачки сузились до точек. Кунай выпал из онемевших пальцев.
— Нет, — выдохнул он. — Нет, это не может быть реальным.
Юичи нахмурился. Что происходит? Он не использовал никаких техник, только смотрел. Но что-то определённо происходило с противником. Ниндзя Ивы начал пятиться, спотыкаясь о собственные ноги.
— Ямато, — пробормотал враг, глядя на что-то позади Юичи. — Но я же... я же убил тебя...
Юичи обернулся, но никого не увидел. Только пустая поляна и качающиеся под ветром деревья. Когда он повернулся обратно, ниндзя Ивы уже бежал, оставляя за собой следы крови.
— Он мёртв! — кричал беглец, не оглядываясь. — Я убил его! Он не может быть здесь!
Юичи не двинулся с места. Внутри что-то голодно потягивалось, требуя преследовать, требуя завершить начатое. Но он заставил себя остаться. Нужно было понять, что произошло.
Мангёкё шаринган медленно вращался, и с каждым оборотом Юичи чувствовал, как новая сила становится яснее. Он мог видеть не только чакру — он видел нечто большее. Потоки энергии, которые пронизывали всё живое. Линии, связывающие тело и душу.
И он видел, как одна из этих линий тянется вслед за убегающим ниндзя. Тонкая, почти невидимая нить, которая становилась всё длиннее по мере того, как противник удалялся.
Юичи протянул руку, не до конца понимая, что делает. Пальцы сомкнулись вокруг невидимой нити, и он потянул.
Крик эхом разнёсся по лесу.
Ниндзя Ивы упал лицом в землю в нескольких сотнях метров от поляны. Его тело содрогалось в конвульсиях, но что-то — не тело — медленно поднималось из него. Полупрозрачная фигура, копия самого ниндзя, но бледная и размытая.
Душа.
Юичи сжал пальцы сильнее, и призрачная фигура дёрнулась в его сторону, словно привязанная верёвкой. Он тянул её к себе, чувствуя, как чужая жизненная энергия перетекает в него самого.
Вкус был... неописуемым. Солёный и металлический, но в то же время сладкий. Как кровь, смешанная с мёдом. Сила врага становилась его силой, воспоминания врага смешивались с его собственными.
На мгновение Юичи увидел последние минуты жизни Ямато глазами убийцы. Удивление в глазах двоюродного брата, когда кунай прорезал его горло. Как он падал, прижимая руки к ране, пытаясь остановить кровь. Как свет угасал в его шарингане.
Ярость вспыхнула с новой силой, и Юичи потянул ещё сильнее.
Душа ниндзя Ивы разлетелась на части, как паутина на ветру. Её осколки втянулись в мангёкё шаринган, исчезая в чёрных изгибах узора. В тот же момент тело врага обмякло окончательно.
Тишина.
Юичи опустил руку, тяжело дыша. Сила переполняла его, бурлила в венах как огненная река. Он чувствовал себя больше, чем просто человеком. Больше, чем просто ниндзя.
Он был жнецом.
Но вместе с силой пришло и понимание. То, что он сделал, было неестественным. Неправильным. Души не должны поглощаться живыми. Это нарушало какой-то фундаментальный закон мироздания.
Юичи коснулся лица. Под пальцами была влага — слёзы крови стекали из глаз, оставляя красные дорожки на щеках. Цена за использование мангёкё шарингана. Он слышал об этом, но никогда не думал, что испытает на себе.
Налобный протектор Ямато всё ещё лежал на земле. Юичи поднял его, стирая кровь с металлической пластины. Царапина была именно такой, как он помнил. Ямато получил её, когда они тренировались с метанием сюрикенов. Юичи целился в мишень, но промахнулся, и сюрикен срикошетил от дерева прямо в лоб двоюродного брата.
— Прости, — прошептал Юичи, прижимая протектор к груди. — Я отомстил за тебя. Но что-то подсказывает мне, что это только начало.
Мангёкё шаринган пульсировал в глазах, голодный и жестокий. Он уже знал, что будет делать дальше. Враги Конохи заплатят. Все до единого.
Но сначала нужно было вернуться в деревню. Нужно было сообщить о смерти Ямато. И нужно было понять, что именно произошло с его глазами.
Юичи двинулся по тропе, ведущей домой, не оглядываясь на тело врага. За его спиной мангёкё шаринган медленно деактивировался, но чувство силы оставалось. Оно будило что-то тёмное в его душе, что-то, что больше не желало прятаться.
Деревня Скрытого Листа показалась на горизонте как раз когда солнце начало садиться. Но Юичи больше не спешил. У него было время подумать о том, что скажет старейшинам клана. О том, как объяснит пробуждение мангёкё шарингана.
И о том, что он будет делать с этой новой, ужасающей силой.