Ана Начало фэнтезийного мира

Треснувший тротуар под ногами в Капотне всё ещё отдавал дневным жаром, хотя сумерки уже начали облизывать серые пятиэтажки. Девочка Аня с силой пнула пустую жестяную банку, и дребезжащий звук эхом отразился от гаражей.

Никуда я не пойду, — громко, в пустоту произнесла она, сложив руки на груди.

Она знала, что мама выглядывает из окна четвёртого этажа, и специально не оборачивалась. Ей сказали, что прогулка окончена, что пора ужинать и ложиться, потому что завтра рано вставать. Но слово нельзя всегда казалось ей какой-то нелепой ошибкой взрослых, досадным шумом, который нужно просто переждать или перекричать. Девочка Аня всегда получала то, что хотела, будь то лишняя порция мороженого в Луховицах или право не спать до полуночи.

Она свернула за угол старой голубятни, в узкий проход между забором и густыми кустами сирени, которые в это время года пахли пылью и дождём. В центре заросшей клумбы, среди сорняков и битого кирпича, что-то блеснуло. Это не был блеск стекла или фольги. Свет был густым, пульсирующим, как будто само солнце решило спрятаться в корнях лопуха.

Девочка Аня прищурилась и шагнула вперёд. Упрямство погнало её вперёд, игнорируя царапины от сухих веток на коленях. В центре небольшой ямки лежал кристалл. Он был размером с её ладонь, с острыми, идеально ровными гранями, прозрачный внутри, но залитый изнутри каким-то неземным, лазурным огнём.

Моё, — прошептала она, протягивая руку.

У неё не возникло мысли, что это может быть опасно или что предмет принадлежит кому-то другому. Если она его увидела, значит, он её. Пальцы коснулись холодной, вибрирующей поверхности. В ту же секунду воздух в Капотне стал неподвижным. Исчез гул машин с кольцевой дороги, смолкли крики стрижей, и даже ветер перестал шелестеть в листве.

Пространство вокруг кристалла начало растягиваться, как резиновая лента. Девочка Аня почувствовала странный рывок в животе, похожий на тот, когда качели на даче у дедушки Саши взлетали слишком высоко. На мгновение она увидела, как стены гаражей тают, превращаясь в туман, а вместо асфальта под подошвами сандалий оказывается мягкий, серебристый мох.

Она зажмурилась, прижимая кристалл к груди. Когда она открыла глаза, небо над головой было не серо-голубым, а глубоким, пурпурным, с тремя лунами, висящими в разных сторонах горизонта. Деревья вокруг были похожи на перевёрнутые канделябры, их ветви светились мягким фосфорическим светом, а в воздухе кружились семена, напоминающие крошечных прозрачных медуз.

Верните меня обратно! Я так не играю! — крикнула Девочка Аня, топнув ногой по мху.

Но никто не отозвался. Лес вокруг дышал странными, свистящими звуками. Упрямая уверенность в том, что сейчас кто-то прибежит и всё исправит по её первому требованию, начала медленно сменяться другим чувством. Она оглянулась, ища глазами знакомую голубятню или хотя бы просвет между домами, но вокруг стояла лишь чужая, пугающая тишина.

Девочка Аня сжала кристалл крепче. Её ладони вспотели. Ей не нравилось, что никто не отвечает. Ей не нравилось, что она не знает, куда идти. Слово нет здесь произнесла сама природа этого места, и это было непривычно.

Тише, маленькая госпожа, — раздался шелестящий голос откуда-то сверху. — Тебя услышат те, кого не стоит звать.

На нижней ветви ближайшего светящегося дерева сидело существо, похожее на кота, но с неестественно длинными ушами и глазами, в которых отражались все три луны сразу. Оно внимательно смотрело на кристалл в её руках.

Я хочу домой! Сейчас же отведи меня домой! — приказала Девочка Аня, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Существо спрыгнуло на мох, не издав ни звука. Оно подошло ближе, принюхиваясь к воздуху, и в его глазах отразился страх.

Ты принесла Сердце Эфира, — прошептало оно. — То, что Тень искала тысячу лет. Ты думаешь, ты здесь главная? Посмотри за свою спину.

Девочка Аня медленно обернулась. Там, где только что были заросли светящихся папоротников, теперь клубилась тьма. Это не была просто тень от деревьев. Это была плотная, жирная чернота, которая медленно пожирала свет, оставляя после себя лишь пепел и серую пыль. Тьма двигалась бесшумно, вытягивая костлявые щупальца в сторону девочки, и в самом её центре загорелись два узких щелевидных глаза, полных вековой ненависти.

Впервые в жизни Девочка Аня поняла, что у неё нет возможности сказать нельзя этой наступающей мгле. Она сделала шаг назад, и её спина упёрлась в холодный ствол дерева. Чувство, которого она боялась больше всего на свете, накрыло её с головой: она была здесь совершенно одна, и никто из взрослых не мог прийти на помощь.

Отдай его нам, — пророкотал голос, от которого задрожали кости. — И, возможно, твоё исчезновение будет безболезненным.

Тьма метнулась вперёд, принимая форму гигантской когтистой лапы, и в этот момент кристалл в руках девочки вспыхнул ослепительным белым пламенем.