Ана Начало фэнтезийного мира

Песок скрипел на зубах, забивался в ноздри и колол веки. Девочка Аня зажмурилась на секунду, а когда открыла глаза, мир окончательно превратился в декорацию из душного кошмара. Двойник на краю обрыва стоял неподвижно, и этот пустой, немигающий взгляд страшил больше, чем ярость Никитоса. Девочка, точь-в-точь похожая на Аню, только выцветшая и прозрачная, протянула тонкую руку.

Иди ко мне, — эхо голоса отразилось от серых каменных стен. — Здесь не нужно решать. Здесь никто не скажет нет.

Девочка Аня сжала кристалл так сильно, что его острые грани больно впились в ладони. Она сделала шаг назад, но черная пыль, вырывающаяся из рта двойника, уже образовала за ее спиной высокую непроницаемую стену. Путь к тоннелю исчез. Впереди была только пропасть и это странное зеркальное отражение.

Я не пойду, — громко сказала Девочка Аня. — Ты ненастоящая. Ты как те огурцы, которые дедушка Саша выбрасывает, потому что они сгнили внутри.

Прозрачная девочка качнула седой головой. Ее стеклянные пальцы задрожали, и по ним побежали тонкие трещины.

А там, сзади, что-то настоящее? — спросила она. — Там мама, которая вечно занята. Там папа, который смотрит в экран телефона. Там скучные Луховицы под палящим солнцем, где тебя заставляют делать то, чего ты не хочешь. А здесь ты можешь быть хозяйкой. Отдай кристалл, и Тень создаст для тебя мир, где слово нельзя просто не существует.

Девочка Аня на мгновение замерла. Соблазн был велик, как та самая огромная конфета в шкафу, которую запрещали трогать до обеда. Мир, где всё происходит только по её воле. Где не нужно ждать, не нужно слушаться, не нужно глотать слезы обиды, когда взрослые просто не слышат твоё хочу.

Но взгляд Ани упал на свои ноги в изорванных сандалиях. На коленке багровела ссадина, полученная при падении в тоннеле. Она болела. Она была живой. А девочка перед ней была пустой, как выброшенная пластиковая бутылка.

Я не отдам, — повторила Девочка Аня, и ее голос дрогнул. — Потому что если я отдам, я останусь здесь с тобой. А ты... ты даже не дышишь. Ты просто стекло.

Двойник дернулся. Лицо прозрачной девочки исказилось, теряя человеческие черты. Черный песок вокруг закружился быстрее, стягивая кольцо. Ветер завыл, принося с собой запах гари и старого металла, как от заводов в Капотне в самый безветренный день.

Ты боишься! — закричало отражение. — Ты боишься остаться одна! Если ты уйдешь, они снова забудут про тебя! Они закроют дверь в твою комнату и уйдут на кухню обсуждать свои взрослые дела!

Девочка Аня почувствовала, как к горлу подкатывает ледяной ком. Это была правда. Самая страшная правда, которую она прятала глубоко внутри, за капризами и криками. Тишина в квартире, когда родители затихали в другой комнате, пугала её сильнее любого монстра. Ей казалось, что если она перестанет требовать внимания, она просто исчезнет, растворится в сумерках коридора.

Никитос знает это, Аня, — прошептал двойник, делая шаг вперед. — Он даст тебе всё. Только положи камень.

Кристалл в руках Ани вдруг начал пульсировать в такт ее испуганному сердцу. Свет внутри него стал из багрового ярко-алым, почти обжигающим. Девочка почувствовала, как тепло разливается по пальцам, проникая в самую грудь. Камень словно подталкивал её, шептал, что упрямство может быть не только вредностью, но и щитом.

Если я здесь останусь, я точно буду одна, — вдруг поняла Девочка Аня. — С тобой нельзя играть. Тебя нельзя обнять. Ты — ничто!

Она замахнулась кристаллом, словно собиралась бросить его в прозрачную фигуру, но в последний момент прижала его к груди и просто пошла напролом. Это было то самое чувство, когда она шла через весь огород в крапиву, зная, что обожжется, но желая доказать, что она не боится.

Уйди с дороги! — крикнула она.

Черный песок ударил ей в лицо, пытаясь ослепить, сбить с ног. Но Аня не закрывала глаз. Она видела, как свет кристалла прорезает мглу, словно фонарик дедушки Саши в погребе. Стеклянная девочка вскрикнула, и этот звук был похож на скрежет разбитого окна. Она попыталась схватить Аню за плечо, но ее пальцы просто рассыпались в пыль, едва коснувшись сияния камня.

Девочка Аня пробежала сквозь двойника, чувствуя лишь мимолетный холод, как от открытого холодильника. Земля под ногами закончилась. Она не успела затормозить и полетела вниз, в зеленую мглу долины.

Падение длилось недолго. Вместо жесткого удара она почувствовала нечто странное — словно она упала в гору сухих листьев, которые колются и шуршат.

Аня открыла глаза и увидела над собой небо цвета переспелой сливы. Она лежала среди гниющих коряг, которые раньше, видимо, были лесом. Но деревья здесь не просто засохли — они превратились в уродливые черные скелеты, чьи ветви тянулись к небу, как костлявые пальцы.

Где-то вдалеке раздался тяжелый, размеренный гул. Словно огромный молот бил по наковальне, но звук был мертвым, лишенным звона.

Девочка Аня поднялась, отряхивая платье. Кристалл всё еще светился, но теперь его свет был неровным, мерцающим. Она огляделась. Капотня в этом мире выглядела страшно. Знакомые очертания многоэтажек выступали из тумана, но они были построены из ржавого железа и костей. Вместо окон чернели пустые глазницы.

Вдруг из-за ближайшего обугленного дерева выскользнула тень. Она была невысокой, горбатой, и от нее исходил тяжелый запах серы.

Маленькая госпожа пришла, — проскрежетал голос, в котором слышалось злорадство. — Хозяин заждался. Он приготовил для тебя трон из пепла.

Девочка Аня выпрямилась, хотя ноги у нее дрожали.

Мне не нужен трон, — сказала она, стараясь, чтобы голос не сорвался. — Мне нужен выход. И еще я хочу, чтобы вы вернули дядю Диму.

Тень издала звук, похожий на сухой кашель.

Выхода нет для тех, кто вошел по своей воле. Но ты можешь обменять. Кристалл на жизнь великана. Или кристалл на путь домой. Выбирай одно, упрямая девчонка. Никитос не дает второго шанса.

Аня посмотрела на свои руки. Кристалл грел кожу. Она знала, что должна делать, но страх того, что она выберет дядю Диму и навсегда останется в этом гнилом лесу, сковал ее. Снова одна. В темноте. Среди костей и теней.

Тень протянула когтистую лапу, ожидая ответа. В глубине долины вспыхнули два огромных красных глаза, и Аня поняла — хозяин этого мира смотрит прямо на неё.