Звездочка и Бродяга

Хруст гравия под подошвами казался слишком громким в этой оглушительной тишине сонного пригорода. Альбина сжала в руках тяжелый конверт из желтоватого пергамента, чувствуя, как вспотели ладони. На конверте значилось ее имя, выведенное изумрудными чернилами, но адрес был странным: Вторая спальня слева, дом номер двенадцать по Гроув-лейн. Она не заходила в дом полчаса, боясь, что стоит переступить порог, и эта хрупкая иллюзия реальности рассыплется.

Мам, пап, я дома, — крикнула она, толкнув массивную дубовую дверь.

В прихожей пахло корицей и старыми книгами. Из гостиной доносился приглушенный смех. Альбина прошла по коридору, ощущая странное покалывание в кончиках пальцев. Когда она вошла, разговор резко оборвался. Флимонт Поттер сидел в глубоком кресле, сжимая в руках свежий выпуск газеты, которая — Альбина готова была поклясться — двигалась сама по себе. Юфимия, его жена, замерла с чайником в руках.

Тебе пришло письмо, дорогая? — тихо спросила Юфимия. Ее голос дрожал, а в глазах стояли слезы.

Альбина молча протянула пергамент. Флимонт тяжело вздохнул и отложил газету. На передовице мужчина в остроконечном колпаке махал рукой читателям.

Мы знали, что этот день придет, — Флимонт поднялся, и Альбина заметила, насколько они похожи: тот же упрямый разворот плеч, те же непослушные черные волосы, только у нее они ложились мягкими волнами, а у него торчали в разные стороны. — Мы долго хранили это в тайне ради твоей безопасности, Альбина. Но ты не просто наша дочь. Ты — Поттер. И тебе пора познакомиться с братом.

Из кухни, жуя на ходу огромное яблоко, вышел взлохмаченный парень. Он был чуть выше нее, с такими же ореховыми глазами, за которыми скрывался целый океан чертей. Он замер, оглядел Альбину с ног до головы и вдруг широко улыбнулся.

Так вот ты какая, — Джеймс откусил еще кусок, не сводя с нее любопытного взгляда. — Мама говорила, что ты будешь симпатичнее меня. Врет, конечно, но сходство определенно есть. Я Джеймс. Готовься, сестренка, в Хогвартсе скучно не будет.

Альбина почувствовала, как внутри закипает раздражение. Десять лет она жила в неведении, а теперь этот самоуверенный мальчишка ведет себя так, будто они просто разминулись за завтраком.

И это все? — Альбина скрестила руки на груди, чувствуя, как щеки начинают гореть. — Вы просто решили подождать, пока мне исполнится одиннадцать, чтобы сообщить, что у меня есть брат и я, судя по всему, ведьма?

Юфимия подошла к ней и осторожно положила руку на плечо.

Мы объясним всё, Альбина. Позже. Сейчас нам нужно собрать тебя. Косой переулок ждет.

Следующие недели пронеслись как в тумане. Платформа девять и три четверти, алый экспресс и, наконец, Большой зал Хогвартса под потолком, усыпанным звездами. Альбина чувствовала себя крошечной среди высоких каменных сводов.

Гриффиндор! — выкрикнула Шляпа едва коснувшись ее макушки.

Джеймс, уже сидевший за столом своего факультета, подпрыгнул и начал размахивать руками так активно, что едва не свалил кубок с соком. Рядом с ним сидели еще трое парней. Один — бледный, с тонкими шрамами на лице, другой — щуплый и суетливый, а третий...

Третий лениво откинулся на спинку скамьи. Его черные волосы спадали на глаза, а серая школьная мантия была накинута с таким изяществом, будто это королевский плащ. Он смотрел на Альбину с легкой, почти вызывающей ухмылкой.

Бродяга, подвинься, дай сестре сесть! — крикнул Джеймс, хлопая по скамье рядом с собой.

Альбина подошла к столу, ощущая на себе десятки взглядов. Она невысокого роста, и ей пришлось почти задирать голову, чтобы встретиться взглядом с тем, кого Джеймс назвал Бродягой.

Сириус Блэк, — представился он, протягивая руку. Голос у него был глубокий, с едва заметной хрипотцой. — Значит, еще одна Поттер. Надеюсь, ты менее шумная, чем твой брат.

Я буду такой, какой захочу, Блэк, — отрезала Альбина, игнорируя его руку и усаживаясь между Джеймсом и тихим мальчиком со шрамами. — И пока что шумным здесь выглядишь только ты.

Сириус приподнял бровь, а Джеймс расхохотался, толкнув друга локтем.

Она мне уже нравится! — воскликнул Римус Люпин, тот самый бледный парень, приветливо кивнув Альбине. — Я Римус. А это Питер.

Учеба закрутила Альбину вихрем. Заклинания давались ей легко, но вот присутствие Сириуса Блэка в ее жизни стало настоящим испытанием. Он был везде. В гостиной, в библиотеке, в ее мыслях, когда она пыталась сосредоточиться на эссе по Трансфигурации. Он раздражал ее своей самоуверенностью, своим умением очаровывать преподавателей и тем, как он смотрел на нее — будто знал о ней что-то, чего не знала она сама.

К четвертому курсу их перепалки стали легендарными.

Поттер, ты опять перепутала ингредиенты для Зелья сна? — Сириус облокотился на ее котел, заглядывая внутрь. — От этого запаха даже у тролля случится бессонница.

Альбина резко обернулась, едва не задев его носом. Расстояние между ними было опасно коротким. Она видела каждую серебристую искорку в его серых глазах.

Если тебе не нравится, Блэк, можешь проваливать к своим поклонницам, — прошипела она, чувствуя, как сердце предательски ускоряет ритм. — Они съедят даже твой яд, лишь бы ты на них посмотрел.

Я предпочитаю смотреть на тех, кто дает сдачи, — Сириус вдруг стал серьезным, и его голос опустился до шепота.

Зимние каникулы пятого курса обещали быть спокойными, пока в один из вечеров в дверь дома Поттеров не раздался оглушительный стук. Альбина, которая в это время помогала Юфимии накрывать на стол для детей из соседней деревни, бросилась открывать.

На пороге стоял Сириус. Его мантия была разорвана, лицо залито кровью из глубокой ссадины на лбу, а в руках он сжимал лишь старую школьную сумку. Метель за его спиной выла, бросая хлопья снега в прихожую.

Альбина замерла, ее сердце пропустило удар. Она никогда не видела его таким — беззащитным и побитым.

Сириус? Что случилось? — она шагнула к нему, забыв о недавней ссоре.

Я ушел, Альбина, — он тяжело дышал, его губы посинели от холода. — Больше не мог. Они... они сумасшедшие.

Он пошатнулся, и Альбина едва успела подхватить его. Он был ледяным. В этот момент из гостиной выбежал Джеймс, а за ним и Флимонт.

Сириус, дружище! — Джеймс подхватил друга под другую руку. — Пап, он весь в крови!

Несите его в гостиную, быстро! — скомандовал Флимонт.

Альбина помогала укладывать Сириуса на диван у камина. Ее руки дрожали, когда она стирала кровь с его лица теплым полотенцем. Сириус внезапно перехватил ее запястье. Его пальцы были тонкими и крепкими.

Альбина, — позвал он тихо, когда остальные отошли за лекарствами. — Прости, что пришел вот так. Мне просто больше некуда идти.

Она посмотрела в его глаза и увидела там не привычную насмешку, а жгучую, острую боль. Ее ревность к его вниманию, ее упрямство и все обиды вдруг показались такими мелкими.

Ты дома, Сириус, — прошептала она, накрывая его руку своей. — Ты теперь всегда будешь дома.

Он закрыл глаза, и она почувствовала, как его напряженное тело наконец расслабилось.

Прошло несколько дней. Дом Поттеров наполнился суетой: Джеймс и Сириус постоянно о чем-то спорили, Питер и Римус заходили в гости, превращая гостиную в филиал гриффиндорской башни. Но между Альбиной и Сириусом что-то изменилось. Тихие взгляды за завтраком, случайные касания рук у книжных полок.

Вечером, когда дом погрузился в сон, Альбина спустилась в кухню за водой. Сириус сидел у окна, глядя на заснеженный сад.

Не спится? — спросила она, подходя ближе.

Он обернулся. Лунный свет подчеркивал резкие линии его лица.

Думаю о том, как мне повезло, — он усмехнулся, но на этот раз улыбка не затронула его глаз. — Джеймс — мой брат по духу. Но ты...

Он замолчал, медленно поднимаясь со стула. Альбина почувствовала, как воздух в комнате стал густым. Сириус сделал шаг к ней, сокращая расстояние.

Что я, Сириус? — она выпрямилась, готовая высказать ему все, если он сейчас начнет шутить.

Но он не шутил. Он протянул руку и осторожно коснулся пряди ее волос.

Ты — причина, по которой я не ушел раньше, — выдохнул он.

Альбина открыла рот, чтобы ответить, но в этот момент входная дверь с грохотом распахнулась, и в дом ворвался холодный ветер вместе с криком Римуса.

Джеймс! Сириус! Скорее сюда, они нашли нас!