лол 1

Приземление вышло жестким. Металлический желоб мусоропровода закончился резким обрывом, и девушка вылетела на груду пустых картонных коробок в тесном помещении, заставленном швабрами и ведрами. Пыль забила ноздри, вызывая мучительное желание чихнуть, но она вовремя зажала рот ладонью. Над головой, где-то в глубине вентиляционной шахты, все еще слышались приглушенные голоса L и Лайта, спорящих о морали и эфирном времени.

Она быстро ощупала себя. Ноги целы, ребра ноют, рюкзак остался в руках у Ягами, но самое главное — черный листок — был надежно зажат в кулаке. И телефон. Старая модель с усиленным аккумулятором и модифицированной прошивкой, которую она собрала еще в приюте, все еще грелась в заднем кармане джинсов.

В этом шкафу пахло хлоркой и старой резиной. Девушка прислушалась. Шаги наверху удалялись, но она знала, что Ватари уже перекрывает выходы из служебных помещений. Полиция Синдзюку наверняка поднята по тревоге. У нее было от силы три минуты, прежде чем агенты начнут вскрывать каждый шкаф.

Она достала телефон. Экран треснул, но сенсор работал. Пальцы летали по виртуальной клавиатуре с невероятной скоростью. Ей не нужно было ломать сервер Пентагона, ей нужно было всего лишь обмануть локальный контроллер системы оповещения станции Синдзюку, который, судя по всему, не обновляли с конца девяностых.

Ну же, старая железка, не подведи меня, — прошептала она, вглядываясь в бегущие строки логов.

Система безопасности станции была построена на иерархии приоритетов. Пожарная тревога стояла на первом месте, но ее было слишком легко проверить. Ей нужно было что-то более дезориентирующее. Что-то, что заставит тысячи людей двигаться одновременно в разных направлениях, создавая живой щит, сквозь который не прорвется ни один агент спецслужб.

Она нашла уязвимость в протоколе управления громкоговорителями и информационными табло. Короткий скрипт, написанный на коленке, и вуаля — она получила доступ к главному интерфейсу.

В коридоре послышался топот тяжелых ботинок.

Открывай по очереди! Начиная с левой стороны! — скомандовал грубый голос. Это был один из людей Ватари.

Девушка затаила дыхание. Она видела сквозь щель в дверце шкафа, как свет фонарика скользнул по полу. До ее убежища оставалось три двери.

Она нажала кнопку Выполнить на экране телефона.

В ту же секунду здание вокзала содрогнулось от какофонии звуков. Из всех динамиков на платформе, в переходах и торговых залах раздался оглушительный сигнал гражданской обороны, перемешанный с записью детского смеха и объявлением о бесплатной раздаче консолей нового поколения в северном крыле. На всех информационных табло вместо расписания поездов вспыхнули огромные красные иероглифы: ПОДАРКИ ДЛЯ ВСЕХ. ВЫХОД К СЕВЕРНОМУ ТОРЦУ. ПРЯМАЯ ТРАНСЛЯЦИЯ L НАЧИНАЕТСЯ.

В следующую секунду она активировала систему пожаротушения, но не в туннелях, а в зале ожидания над ней. Сотни спринклеров начали поливать толпу холодной водой.

Снаружи раздался грохот. Люди, до этого мирно спешащие по своим делам, превратились в безумную лавину. Тысячи голосов слились в единый рев. Крики радости от обещанных подарков смешивались с паникой из-за тревожного сигнала и недоумением от внезапного дождя.

Агент, стоявший перед дверью ее шкафа, на мгновение замешкался, прижимая руку к наушнику.

Что? Повторите! Какая трансляция? — орал он, пытаясь перекрыть шум. — Объект в секторе B-4! Нет, тут чертов потоп!

Пользуясь моментом, девушка толкнула дверцу шкафа. Она ударила агента по колену, заставив его охнуть и согнуться. Не давая ему опомниться, она проскользнула мимо, нырнув в густой туман, созданный работающими распылителями.

В техническом коридоре теперь царил хаос. Отовсюду бежали люди в форме, не понимая, куда именно им нужно направляться. Система оповещения теперь крутила популярный поп-хит десятилетней давности на максимальной громкости, перемежая его резкими гудками.

Она бежала, пригнувшись, стараясь держаться тени. Черный листок она спрятала во внутренний карман куртки, подальше от воды. Ей нужно было выбраться на поверхность, но главный выход наверняка уже был под прицелом камер.

Рядом с ней из стены материализовался Рюук. Бог смерти летел горизонтально, заложив руки за голову, и выглядел так, будто смотрит самое увлекательное шоу в своей долгой и скучной жизни.

А ты умеешь развлекаться, — проскрежетал он. — Лайт сейчас просто в ярости. Он не любит, когда его планы превращаются в цирк.

Передай ему, что я принимаю заказы на корпоративы, — огрызнулась она, сворачивая в сторону вентиляционной шахты, ведущей на крышу.

Подожди, — Рюук внезапно замер в воздухе, и его глаза-фары вспыхнули желтым. — Твой приятель с леденцом тоже не сидит на месте. Он только что отдал приказ заблокировать район в радиусе двух километров.

Девушка замерла у подножия лестницы. L действовал жестко. Если он закроет район, она окажется в ловушке. Ей нужно было не просто уйти со станции, ей нужно было покинуть зону оцепления до того, как полиция выставит кордоны.

Она посмотрела на телефон. Заряд падал — постоянная работа с сетью и подавление сигналов глушилок высасывали энергию. Пять процентов.

В конце коридора показалась знакомая фигура. Лайт Ягами шел медленно, уверенно, совершенно не обращая внимания на хлещущую из потолка воду. Его школьная форма промокла, волосы прилипли ко лбу, но взгляд оставался ледяным. В его руках не было тетради — он явно спрятал ее, когда появился L.

Ты думаешь, что хаос тебе поможет, — произнес Лайт, и его голос странным образом прорезал шум сирен. — Но хаос — это структура, которую просто сложнее прочитать. Я уже знаю, куда ты пойдешь.

Попробуй угадать, Кира, — она взобралась на первую ступеньку лестницы. — Или у тебя для этого не хватает данных?

Я знаю, что ты не просто воровка из Вамми, — Лайт остановился в пяти метрах. — Ты ищешь то же, что и я. Справедливость? Нет, ты ищешь способ доказать, что ты умнее всех нас. Это тебя и погубит. L использует тебя как наживку, а я... я мог бы использовать тебя как союзника.

Союзники не пытаются стереть друг друга, — бросила она и начала быстро карабкаться вверх.

Лайт не побежал следом. Он просто стоял и смотрел, как она исчезает в шахте. Его спокойствие пугало больше, чем любая погоня.

Выбравшись на крышу, она едва не ослепла от яркого света прожекторов. Вертолеты кружили над Синдзюку, разрезая ночное небо лучами. Дождь здесь был настоящим, холодным и колючим.

Она подбежала к краю крыши. Внизу, на площади, тысячи людей метались в панике, облитые водой, сбитые с толку противоречивыми объявлениями. Полицейские машины пытались пробиться сквозь толпу, но только усугубляли затор.

Ее телефон пискнул и выключился. Последний экран показал карту: все мосты и крупные перекрестки вокруг вокзала уже были отмечены красным. L закрывал ловушку.

Она огляделась. На соседней крыше, всего в десяти метрах через узкий переулок, стоял человек в черном. Это не был агент полиции. Фигура была слишком тонкой, а в руках он держал что-то, напоминающее снайперскую винтовку, но с необычно толстым стволом.

Вспышка.

Девушка инстинктивно пригнулась. Пуля — или то, что это было — врезалась в бетонный парапет прямо над ее головой, разлетевшись облаком мелких осколков. Она почувствовала резкий запах транквилизатора.

За ней пришли не для того, чтобы убить. Ее хотели взять живой. И это был не L. Почерк был другим — слишком прямолинейным, слишком агрессивным.

Мелло, — прошептала она, прижимаясь к мокрому бетону. — Ты всегда был слишком нетерпеливым.

Сзади скрипнула дверь выхода на крышу. Лайт? Ватари? Или кто-то еще?

Она посмотрела на черный клочок бумаги в своей руке. Если она сейчас попадет в руки Мелло, он использует этот фрагмент, чтобы взорвать мир. Если к L — она навсегда станет подопытным кроликом в его стерильной лаборатории. Если к Лайту — ее имя станет следующим в его списке.

Шаги приближались. Медленные, тяжелые, хлюпающие по лужам.

Она перелезла через парапет, повиснув на руках над бездной переулка. Пальцы соскальзывали с мокрого камня.

Эй, Номер Четре! — крикнул голос сверху. — Прыгай, и я обещаю, что не буду стрелять тебе в спину!

Она посмотрела вниз. Там, в темноте переулка, стоял припаркованный грузовик с открытым кузовом, заполненным мешками с мусором. Шанс был один на миллион.

В этот момент дверь на крышу окончательно вылетела с петель, и на свет прожекторов вышел L. Он был босиком, его большие пальцы ног смешно поджимались от холода, но в руке он сжимал пистолет, направленный не на нее, а в сторону снайпера на соседней крыше.

Не прыгай, — спокойно сказал L. — Я вычислил траекторию. Ты разобьешься с вероятностью восемьдесят девять процентов.

Остальные одиннадцать процентов мне нравятся больше, чем твоя компания, Рюдзаки! — крикнула она и разжала пальцы.

Падение длилось вечность. Ветер свистел в ушах, вырывая черный листок из ее пальцев. Она отчаянно махнула рукой, пытаясь поймать его, и в этот момент что-то огромное и костлявое подхватило ее за шиворот, замедляя полет.

Рюук оскалился прямо ей в лицо.

Это было бы слишком скучно, если бы ты просто разбилась, — прохрипел он, отпуская ее за метр до мешков.

Она рухнула в мягкую, вонючую гору мусора. Листок бумаги плавно опустился ей на грудь.

Грузовик дернулся и начал движение. Водитель, не подозревая о лишнем грузе, спешил покинуть оцепляемый район.

Девушка приподнялась, отплевываясь от какой-то бурды. Она была жива. Она была вне досягаемости L и Лайта. Но когда она оглядела кузов, ее сердце ушло в пятки.

В углу, среди коробок и пакетов, сидел человек в серой толстовке с капюшоном, скрывающим лицо. В его руках был ноутбук, экран которого светился десятками окон с данными камер наблюдения.

Долго же ты, — произнес Ниа, не поднимая глаз от монитора и продолжая перебирать детали конструктора Лего свободной рукой. — Я уже начал думать, что мои расчеты неверны.