лол 1

Грузовик подбросило на выбоине, и гора мусора под девушкой просела, распространяя запах гнилых овощей и мокрого картона. В голове все еще стоял звон от прыжка, но вид белесой макушки Ниа подействовал на нее лучше любого нашатыря. Этот мальчишка, вечно перебирающий игрушки, был последним человеком, которого она хотела видеть в своем импровизированном убежище. Он не был похож на импульсивного Мелло или прямолинейного L. Ниа был системной ошибкой, которую невозможно было предугадать, потому что он сам был воплощением вероятности.

Она не стала тратить время на приветствия. Ее рука, все еще сжимающая обрывок черной бумаги, метнулась во внутренний карман, а тело сработало на чистых рефлексах. Она резко подалась вперед, перенося вес на колени. Ее пальцы впились в ткань его безразмерной толстовки на плечах.

Ниа даже не вздрогнул. Его пальцы продолжали с ювелирной точностью соединять крошечные пластиковые блоки, собирая какую-то сложную и совершенно бесполезную в данной ситуации конструкцию.

Ты всегда была слишком шумной, — негромко произнес он, игнорируя тот факт, что его сейчас собирались вышвырнуть из несущейся машины. — Даже в приюте твои шаги в вентиляции были слышны за три комнаты. Ты ведь понимаешь, что выталкивать меня сейчас — это статистическая ошибка? Скорость грузовика составляет сорок пять километров в час. Шанс того, что я получу травмы, несовместимые с продолжением слежки, высок, но шанс того, что ты выдашь свое местоположение дорожным камерам, равен ста процентам.

Пошел ты со своей статистикой, Ниа! — прошипела она, упираясь ступнями в борт кузова.

Она рванула его на себя, пытаясь оторвать от пола, заваленного коробками. Но парень оказался неожиданно тяжелым или просто умело использовал инерцию движения грузовика. Он сместил центр тяжести, и вместо того, чтобы вылететь наружу, они оба повалились на груду пакетов. Ноутбук Ниа жалобно звякнул, соскользнув в сторону, но экран продолжал светиться, отражая на стенках кузова сетку городских улиц.

Отдай бумагу, — сказал Ниа, глядя ей прямо в глаза. Его взгляд был абсолютно пустым, лишенным страха или злости. — Ты не умеешь ею пользоваться. Для тебя это просто трофей, символ победы над L. Но для мира это переменная, которую нужно обнулить.

Это не твое дело, наследничек, — огрызнулась она, пытаясь высвободить руку. — Ты сидишь здесь, в мусоре, играешь в свои кубики, пока Мелло палит из снайперской винтовки, а Лайт Ягами едва не стер меня в порошок взглядом. Ты ничем не лучше их. Тебе просто хочется, чтобы все фигурки стояли на своих местах.

Мои фигурки всегда стоят на своих местах, — Ниа внезапно перехватил ее запястье. Хватка была слабой, но точной, он нажал на определенную точку, заставляя ее пальцы непроизвольно разжаться. — Например, водитель этого грузовика работает на меня уже три года. Мы не едем к выезду из города. Мы едем на закрытую стоянку фонда Вамми.

Холод пробежал по ее спине. Она посмотрела в щель между бортами. Улицы действительно становились безлюдными, а яркие неоновые вывески сменились серыми бетонными заборами промзоны. Она попалась. Ниа не ловил ее на крыше, он просто подставил корзину там, куда она должна была упасть.

Рюук, висевший под потолком кузова, залился сухим, надрывным смехом. Бог смерти с интересом наблюдал за возней подростков в мусоре, грызя невесть откуда взявшееся яблоко.

А этот мелкий не промах, — прочавкал он. — Слушай, девчонка, если он тебя закроет в подвале, я, пожалуй, останусь с ним. У него лего прикольное, можно строить башни из огрызков.

Заткнись, — бросила она богу смерти, чем вызвала у Ниа легкое поднятие брови.

Ты разговариваешь с пустотой, — констатировал Ниа, снова потянувшись к своему ноутбуку. — Галлюцинации вследствие стресса или... ты видишь то, что видел Лайт Ягами в вертолете. Это подтверждает мою теорию о внешнем носителе силы Киры. Отдай листок, и я позволю тебе уйти через технический люк до того, как мы заедем в гараж.

Ты врешь, — она сжала кулак с такой силой, что ногти вонзились в ладонь. — Ты никогда никого не отпускаешь просто так. Ты хочешь использовать меня, чтобы выманить L на прямой конфликт.

Мне не нужно его выманивать, — Ниа нажал клавишу на клавиатуре, и на экране появилось изображение с камеры высокого разрешения. — Рюдзаки уже здесь. Он следует за нами на три машины позади. И он знает, что я здесь. Вы двое — мои лучшие инструменты для завершения этого дела.

Грузовик резко затормозил, и тяжелые металлические ворота начали медленно ползти вверх, открывая зев темного ангара. Девушка поняла: времени не осталось. Либо она сейчас совершит нечто абсолютно безумное, выходящее за рамки любых расчетов Ниа, либо расследование закончится в четырех стенах под присмотром вундеркинда с манией контроля.

Она посмотрела на ноутбук, затем на Ниа, который снова принялся собирать свою башню. В ее голове созрел план, который был настолько же глупым, насколько и эффективным. Она знала одну вещь о Ниа — он ненавидел незавершенные циклы.

Она выхватила одну деталь из его почти собранной конструкции и швырнула ее в сторону открывающихся ворот, прямо в темноту ангара.

Ниа на секунду замер. Его рука зависла в воздухе.

Это было нелогично, — прошептал он, и в его голосе впервые промелькнула тень раздражения.

Логика — это для тех, у кого есть время думать, — она рванулась к кабине водителя, намереваясь перемахнуть через борт прямо на ходу, пока грузовик еще не заехал внутрь. — А у меня есть только ноги и чертова тетрадь!

Она перепрыгнула через край кузова, приземляясь на асфальт и перекатываясь. Колени ободрало в кровь, но она уже бежала в сторону лабиринта из контейнеров, стоявших неподалеку. Сзади послышался визг шин — это машина L входила в поворот, перекрывая выезд с территории.

Она оказалась зажата между двумя гениями и промышленным забором под напряжением. В кармане завибрировал телефон. Пять процентов заряда каким-то чудом превратились в один, и на экране высветилось сообщение с неизвестного номера: Направо, в коллектор. Код 0502. М.

Мелло. Он следил за ними все это время.

Она нырнула в тень массивного бака с водой, прижимаясь к холодному металлу. Шаги L были тихими, почти невесомыми. Где-то наверху застрекотал дрон Ниа.

Выходи, — голос L раздался совсем близко. — Если ты отдашь листок сейчас, я обещаю, что Ватари угостит тебя лучшим тортом в Токио. И мы обсудим твое возвращение в Англию. Без наручников.

Она посмотрела на крышку люка в паре метров от себя. Направо был коллектор и неизвестность с Мелло, который мог просто пристрелить ее ради бумаги. Прямо — L с его вежливым пленом. Позади — Ниа, который уже наверняка вычислил ее пульс по тепловизору.

Она достала черный листок и посмотрела на него. На нем не было имен. Пока не было. Но она знала, что достаточно просто прикоснуться им к любому человеку, и его судьба изменится навсегда.

Смерть или свобода? — прошептала она, чувствуя, как Рюук завис прямо над ней, довольно скалясь.

Давай, пиши, — подзадорил бог смерти. — У тебя есть три секунды, пока они не окружили этот бак.

Она прижала листок к холодному металлу и выхватила ручку из кармана.