То что все не ожидали

Луи, спи. Я сейчас вернусь, просто проверю пост медсестры.

Ксандер мягко высвободил руку, стараясь не смотреть в лихорадочно блестящие глаза мужа. Он видел, что Широзаки не поверил, но состояние Луи было слишком слабым для спора. Шакен вышел в коридор, прикрыв дверь настолько плотно, чтобы ни один звук не просочился внутрь. Стерильная белизна больничных стен давила, отражая холодный свет ламп. В конце галереи, у окна, выходящего на ночной город, стояла фигура.

Металлический звон прекратился. Укио Кибаки медленно поднял с пола вращающийся бей. Оранжевые детали Роктавора вспыхнули в его ладони, как уголь, выхваченный из костра. Укио не выглядел как человек, переживший взрыв и падение в океан. Его одежда была сухой, а лицо — пугающе спокойным, если не считать тонкого шрама, пересекающего бровь.

Ты все-таки пришел, произнес Ксандер, делая шаг вперед. Его голос звучал глухо, подавленный тишиной пустого этажа.

Я и не уходил, Ксандер. Тень всегда следует за светом, разве ты не учил меня этому на тренировках в горах? Укио крутанул бей в пальцах. Посмотри на него. Роктавор больше не плачет по тебе. Он чувствует истинную силу.

Отдай его, Укио. Ты перешел черту. Это не игра на арене, ты едва не убил нас всех. Ты понимаешь, что я сказал директору, что ты мертв? Я дал тебе шанс просто исчезнуть.

Исчезнуть? Кибаки коротко и зло рассмеялся, делая шаг навстречу. Ты хотел похоронить меня вместе со своим позором. Ты женат на Луи Широзаки, на этом монстре, который рушит все, к чему прикасается. И ты выбрал его, а не свою школу, не своих преданных учеников. Не меня.

Это не твое дело, Укио. Моя жизнь с Луи — это не то, что ты можешь понять или судить. Отдай бей и уходи, пока я не вызвал охрану.

Ксандер чувствовал, как внутри закипает ярость, которую он так долго подавлял ради спокойствия Луи. Его пальцы сжались в кулаки. Он был в два раза крупнее Укио, сильнее и опытнее, но сейчас он чувствовал себя безоружным. Укио держал в руках не просто пластик и металл, он держал символ гордости Ксандера.

Охрана? Укио склонил голову набок, его глаза сузились. Они найдут здесь только тебя и твоего мужа. Я пришел не драться, Ксандер. Я пришел показать тебе, что ты потерял. Ты думаешь, Луи любит тебя? Он любит силу. И как только он узнает, что ты позволил мне забрать твоего напарника, что ты лгал ему в лицо, глядя в глаза... его любовь превратится в пепел.

Он не узнает, прорычал Ксандер, сокращая дистанцию.

Укио внезапно выставил руку вперед, и Роктавор снова запел, вращаясь прямо в его ладони. Невероятный баланс, достигнутый тренировками, которые Ксандер сам когда-то курировал.

Давай проверим, сказал Укио шепотом. Если ты сможешь забрать его у меня прямо сейчас, без лончера, просто руками — я уйду. Но если ты промахнешься, я войду в ту палату и расскажу Луи всё. О взрыве, о моей ложной смерти и о том, какой ты трус.

Ксандер замер. Он знал, что Укио мастерски владеет техниками скрытности и ловкости. Попытка выхватить вращающийся бей на высокой скорости грозила серьезными травмами пальцев, но риск разоблачения был страшнее. Он видел краем глаза, как дверь палаты номер 304 слегка приоткрылась. Луи не уснул. Он слушал.

Времени на раздумья не осталось. Ксандер сделал резкий выпад, целясь в руку Укио, но тот легко уклонился, словно растворившись в воздухе. Это был старый трюк Юникорна — обман зрения, основанный на движении теней. Шакен врезался плечом в стену, и в этот момент Роктавор, выпущенный Укио, срикошетил от пола и полетел прямо в сторону приоткрытой двери палаты.

Сзади раздался резкий, ледяной смех, от которого по спине пробежали мурашки.

Так это и есть твой секрет, Ксандер?

Луи стоял в дверном проеме, опираясь на косяк. Его лицо было бледным как полотно, а из вены на руке выскользнула игла капельницы, оставляя на кафеле темные пятна крови. Под его босой ногой вращался Роктавор, искрясь о металлическую пластину порога. Широзаки смотрел не на Укио, а на Ксандера, и в этом взгляде было столько разочарования, что Шакену захотелось, чтобы здание клиники действительно рухнуло.

Луи, я... я хотел защитить тебя, начал Ксандер, делая шаг назад.

Защитить меня? Луи наступил на вращающийся бей, скрежеща подошвой по металлу, пока тот не замер. Ты лгал мне о смерти этого мусора? Ты позволил ему украсть твоего напарника и молчал, как побитый пес?

Укио довольно улыбнулся, складывая руки на груди. Он боялся, что ты его бросишь, Луи. И он был прав.

Заткнись, огрызнулся Луи, не сводя глаз с мужа. Ксандер, подними бей. Сейчас.

Ксандер медленно наклонился и взял Роктавор из-под ноги Луи. Оранжевый диск был горячим, почти обжигающим. Он чувствовал, как между ними трещит напряжение, готовое превратиться в настоящий пожар.

А теперь, продолжал Луи, его голос стал опасно тихим, — мы уходим отсюда. Укио, ты хотел внимания? Ты его получил. Завтра на рассвете, на крыше этого здания. Если ты не явишься с Юникорном, я найду способ сделать твою мнимую смерть настоящей.

Луи, тебе нельзя... Ксандер попытался подхватить его под руку, но Широзаки грубо оттолкнул его.

Не трогай меня. Ты предал не меня, Ксандер. Ты предал себя и свой бей. Это худшее, что ты мог сделать.

Луи развернулся и вошел обратно в палату, с грохотом захлопнув дверь. Ксандер остался стоять в коридоре, сжимая в одной руке Роктавора, а в другой — осколок Юникорна, который он так и не решился выбросить. Укио, стоя у окна, медленно растворялся в полумраке коридора, оставляя после себя лишь запах озона и горечи.

Ты проиграл, Ксандер, донеслось из темноты. Даже если ты победишь меня завтра, ты уже потерял его доверие.

Ксандер не ответил. Он смотрел на закрытую дверь палаты, понимая, что следующая ночь будет длиннее, чем все годы их брака. Ему нужно было принять решение: следовать правилам Луи и вступить в бой, который может окончательно разрушить их союз, или попытаться найти другой путь, пока не стало слишком поздно.

Он подошел к окну. Внизу, в свете уличных фонарей, он увидел знакомую фигуру в желтой кофте. Фри Делахоя стоял на парковке, глядя прямо на окна их этажа. Он не двигался, словно ждал этого момента. В его руках был телефон, экран которого светился в темноте.

Ксандеру пришло уведомление. Одно слово от Фри: Начинается.

Шакен понял, что Фри знал гораздо больше, чем говорил в вертолете. И, возможно, именно Фри был тем, кто привел Укио сюда этой ночью.