То что все не ожидали

Скрежет металла о бетон перекрывал все остальные звуки, становясь невыносимым, резонируя прямо в костях. Ксандер видел, как верхний край дверного проема превращается в крошево, как трещит массивная рама, не в силах сопротивляться многотонному прессу. Просвет между опускающейся плитой и полом сокращался с пугающей скоростью. Метр. Восемьдесят сантиметров. Шестьдесят.

Луи, прыгай! крикнул Ксандер, перехватывая мужа за пояс.

Широзаки, чей взгляд уже начал мутиться от остатков газа и шока, инстинктивно вцепился в плечи Ксандера. Его пальцы, тонкие и сильные, впились в ткань куртки до хруста. Он не спорил, не пытался язвить — в такие моменты их связь работала на уровне инстинктов, отточенных годами совместных тренировок и тайной жизни, которую они делили на двоих. Ксандер чувствовал лихорадочное тепло его тела и понимал: если они не выберутся сейчас, их найдут здесь, в этой золотой клетке, превращенными в пыль.

Ксандер рванул вперед, почти вжимаясь в пол. Он не просто бежал — он скользил, используя инерцию своего массивного тела, чтобы протащить Луи за собой. Плита была уже так низко, что холодный бетон обжег спину Ксандера через одежду. Он почувствовал, как край потолка зацепил его воротник, дернув назад, но мощный толчок ног помог преодолеть сопротивление.

Они вывалились в основную комнату в тот самый миг, когда плита с глухим, окончательным ударом встретилась с полом ванной. Грохот был такой силы, что по стенам апартаментов побежали трещины, а декоративные вазы разлетелись вдребезги. Воздух заполнила густая серая пыль.

Ксандер перекатился через плечо, прикрывая Луи собой. Они лежали на ковре, тяжело дыша. Луи судорожно глотал чистый воздух, его грудная клетка ходила ходуном, а лицо, обычно бледное, теперь отливало болезненной синевой. Ксандер приподнялся на локтях, осматривая мужа.

Ты цел? спросил он, его голос сорвался на хрип.

Живой, выдохнул Луи, с трудом садясь и отплевываясь от пыли. Но если этот щенок Укио еще дышит, я лично скормлю ему его же пульт управления.

Ксандер обернулся к зеркальной стене, которая теперь была отделена от них бетонной преградой. За стеклом продолжался хаос. Фри Делахоя, несмотря на свое обычное сонное состояние, двигался с пугающей эффективностью. Он использовал тесноту технического коридора против нападавших. Одного охранника он приложил головой о распределительный щит, а второго просто вытолкнул в темноту лестничного пролета. Укио, забившийся в угол, судорожно тыкал кнопки на пульте, но, видимо, система дала сбой после падения плиты.

Ксандер вскочил на ноги и подбежал к окну апартаментов. Вид на ночной сад, который раньше казался мирным, теперь выглядел как ловушка. Внизу, у входа в корпус, начали собираться люди в форме. Директор не собирался оставлять свидетелей своего безумного эксперимента.

Нам нужно уходить через балкон, решил Ксандер. Четвертый этаж, там есть выступы и дренажные трубы. Для нас это не проблема.

Луи поднялся, пошатываясь. Он бросил взгляд на заблокированную дверь ванной, за которой остался их единственный путь к Фри и Укио.

Мы не уйдем без ответов, Ксандер. Директор решил, что может играть нашими жизнями ради своих теорий о силе. Он думает, что наша близость — это слабость.

Он ошибается, отрезал Ксандер, подхватывая с пола свой пояс. Но сейчас приоритет — твоя безопасность. Ты еще не пришел в себя после газа.

Внезапно в комнате вспыхнул свет, и на всех экранах, встроенных в стены, появилось лицо директора. Он выглядел разочарованным, почти обиженным. Его безупречно уложенные волосы и строгий костюм контрастировали с тем ужасом, который он только что устроил.

Какая досада, произнес директор, его голос звучал отовсюду сразу. Я искренне надеялся, что в условиях смертельной угрозы инстинкт самосохранения победит эту нелепую привязанность. Ксандер, ты разочаровал меня больше всех. Ты выбрал балласт вместо величия.

Балласт? Луи шагнул вперед, его глаза сузились, превратившись в две ледяные щели. Его голос обрел прежнюю стальную силу. Ты называешь нас балластом? Ты, который прячется за камерами и наемниками?

Я создаю идеальных чемпионов, холодно ответил директор. А чемпионы не женятся на своих соперниках. Они уничтожают их. Укио Кибаки это понял. Жаль, что он оказался слишком слаб, чтобы завершить начатое. Но не волнуйтесь, у меня есть еще инструменты.

Дверь в апартаменты, которую до этого заблокировал Фри, начала прогибаться под ударами снаружи. Послышался звук работающей циркулярной пилы — охрана прорезала замок.

Ксандер схватил тяжелое кресло и швырнул его в панорамное окно. Стекло разлетелось на тысячи осколков, впуская прохладный ночной воздух. Он обернулся к Луи и протянул ему руку.

Идем. Покажем ему, на что способен этот балласт.

Они выскочили на узкий карниз в тот момент, когда дверь в номер окончательно рухнула. В комнату ворвались вооруженные люди, но Ксандер и Луи уже скользили вниз, цепляясь за выступы кирпичной кладки.

Спуск был стремительным. На втором этаже Луи едва не сорвался — его руки всё еще подводили его после воздействия химикатов, — но Ксандер перехватил его в воздухе, буквально припечатав к стене и удерживая своим весом. Они замерли на узком козырьке, глядя друг другу в глаза. В этот момент не было ни турниров, ни директора, ни Укио. Было только бешеное сердцебиение и осознание того, что они справятся с чем угодно, пока они вместе.

Когда их ноги наконец коснулись травы, они не побежали к лесу. Ксандер заметил движение у черного входа в технический блок. Дверь распахнулась, и оттуда буквально вывалился Укио. Он выглядел жалко: одежда разорвана, лицо в ссадинах, в глазах — дикая смесь страха и фанатичного обожания, направленного на Ксандера. За ним шел Фри, лениво подкидывая в руке связку ключей.

Ксандер! Укио бросился к ним, игнорируя Луи. Ты должен понять! Это всё для тебя! Он тебя губит, он делает тебя обычным! Директор сказал, что если я помогу...

Ксандер не дал ему договорить. Он схватил Укио за грудки и приподнял над землей. Его ярость была тихой и оттого еще более пугающей.

Ты чуть не убил его, Укио. Моего мужа. Ты понимаешь, что ты сделал?

Кибаки замер, его лицо побледнело. Слово муж ударило его сильнее, чем любой кулак. Он перевел взгляд на Луи, который стоял рядом, скрестив руки на груди, и в его глазах читалось бесконечное презрение.

Вы... вы на самом деле... Укио запнулся, его голос дрогнул. Но директор говорил, что это просто слухи, чтобы деморализовать нас... Что ты не можешь быть таким... обычным.

Обычным? Луи подошел вплотную, его лицо оказалось в нескольких сантиметрах от лица Укио. Ты прожил в Шакурдо всю жизнь и так ничего и не понял о силе. Сила не в одиночестве. Она в том, ради чего ты готов сжечь этот мир дотла.

Фри Делахоя остановился в паре шагов от них, зевнул и посмотрел на часы.

Я бы советовал закончить эту драму, сказал он буднично. Директор вызвал подкрепление из города. Через десять минут здесь будет полиция, которая работает на него. И я сомневаюсь, что они приедут нас спасать.

Откуда ты знаешь? спросил Ксандер, отпуская Укио, который мешком осел на землю.

Я заглянул в его кабинет, пока вы развлекались в ванной, Фри вытащил из кармана флешку. Здесь всё. Финансовые махинации, незаконные эксперименты с препаратами для игроков и план по устранению непокорных топ-блейдеров. Вы двое были первыми в списке на очищение.

Луи выхватил флешку. Его глаза блеснули знакомым азартом.

Значит, мы не просто бежим, проговорил он. Мы уничтожаем его империю.

В этот момент со стороны ворот послышался вой сирен. Прожекторы начали шарить по территории поместья. Укио, всё еще сидя на траве, вдруг начал истерично смеяться.

Вы не выберетесь, прошептал он. Директор предусмотрел это. Он сказал, что если вы попытаетесь уйти с данными, он активирует систему самоликвидации дома. Там Вальт, Зак, Дайго... они все еще спят в своих комнатах!

Ксандер похолодел. Он посмотрел на массивное здание, в окнах которого начали зажигаться красные аварийные огни.

Он не посмеет, выдохнул Ксандер. Там же десятки людей.

Он посмеет, подтвердил Фри, его лицо впервые за вечер стало серьезным. Он сумасшедший. И таймер уже запущен.

Где пульт управления системой? Луи схватил Укио за воротник, встряхивая его. Говори, или я оставлю тебя здесь первым!

У него... у директора, прохрипел Укио. В вертолете на крыше. Он улетает.

Ксандер и Луи переглянулись. У них было меньше пяти минут, чтобы решить: спасать друзей или перехватить директора и очистить свои имена. Но времени на оба действия не оставалось. Красный свет заливал сад, и звук работающих винтов вертолета уже разрезал ночную тишину над их головами.