Врата: Солдат и Апостол.

Тишина сада Киёсуми, еще секунду назад казавшаяся благословением, в мгновение ока превратилась в удушливый саван. Юджи Итами почувствовал, как по спине пробежал знакомый холод, не имеющий ничего общего с магией Гизеля. Это был инстинкт профессионала, понимающего, что он оказался в центре перекрестия, и на сей раз это не было метафорой.

Оперативник в черном стоял неподвижно, его фигура сливалась с тенями вековых деревьев. В десяти метрах позади него, в густых зарослях азалий, притаились еще двое. Итами видел их не глазами, а тем странным, обостренным чувством, которое подарил ему Якорь Миров. Теперь каждый вдох врага, каждое сокращение мышцы на спусковом крючке отзывалось в его сознании тихим, настойчивым звоном.

Рори, не делай глупостей, негромко произнес Юджи, не оборачиваясь к ней.

Она стояла за его левым плечом, и он почти кожей чувствовал исходящий от нее жар. Гордость Апостола была задета: смертные посмели прервать момент ее триумфа, ее долгожданное возвращение к жизни. Пальцы девушки судорожно сжали древко алебарды, которая невесть откуда возникла в ее руках, материализовавшись из сгустка тьмы.

Зачистке свидетелей? Переспросила Рори, и в ее голосе зазвучал металл, от которого у любого разумного существа должна была заледенеть кровь. Юджи, они собираются испортить мои новые чулки. Это объявление войны.

Капитан Итами сделал шаг вперед, осторожно убирая помятую коробочку с кольцом во внутренний карман пиджака. Очки чуть сползли на переносицу, но он не стал их поправлять. Вместо этого он поднял пустые ладони, демонстрируя подчеркнутое дружелюбие, которое всегда выводило его противников из себя.

Ребята, давайте обсудим это, сказал он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. У нас был тяжелый день. Божественные сущности, межмировые контракты, прогулка по ртутному океану. Вы же понимаете, что автоматические винтовки против Апостола Эмлоя — это как пытаться потушить лесной пожар стаканом воды? Министр Шинода просто хочет списать вас как расходный материал.

Оперативник не ответил. Вместо этого он коротко кивнул своим людям. Сухой щелчок предохранителей разрезал воздух.

Огонь, скомандовал он.

Мир вокруг Юджи замедлился. Он увидел, как из дульных тормозов вырываются языки пламени, как первые пули с тихим свистом рассекают ночную влагу. В обычных условиях это был бы конец. Но кольцо на его пальце внезапно пульсировало, и пространство между ним и стрелками пошло рябью, словно поверхность пруда, в который бросили камень.

Пули не просто замедлились. Они начали огибать их с Рори, теряя инерцию и бессильно падая в мягкую землю у подножия моста. Итами ощутил резкую боль в висках: Якорь требовал платы за искажение реальности, вытягивая из него жизненную искру.

Моя очередь, пропела Рори.

Она сорвалась с места черной молнией. Юджи едва успел заметить движение ее подола. Первый оперативник даже не успел вскрикнуть, когда обух огромной алебарды впечатался ему в грудную клетку, отбрасывая в декоративный пруд. Вода сомкнулась над ним с тяжелым всплеском.

Рори не убивала их. Итами специально просил ее об этом еще в Фальмарте, и, к его удивлению, она соблюдала уговор даже сейчас, в разгаре ярости. Она двигалась с грацией хищника, выбивая оружие, ломая кости и оставляя после себя лишь стоны поверженных врагов.

Юджи же оставался на месте, удерживая купол искажения. Его лоб покрылся крупными каплями пота. Он понимал, что эта группа — лишь авангард. Шинода не прислал бы троих человек, зная, на что способна Рори.

Сзади! Крикнул Итами, почувствовав новую угрозу слишком поздно.

Из-за каменного фонаря, стоявшего у самого края моста, вынырнула худая фигура. Нападавший двигался не как солдат, а как танцор. В его руке тускло блеснул длинный узкий стилет, покрытый странным, переливающимся веществом. Это было оружие не из этого мира. Особая разработка разведывательного управления, изъятая из захваченных запасов империи Зордаля.

Незнакомец проскользнул мимо Рори, которая была занята последним оперативником в кустах, и нацелился прямо в незащищенный бок Юджи. Пули он мог остановить, но эта сталь была пропитана той же энергией, что питала его кольцо. Она прошла сквозь защитную пелену, как нож сквозь масло.

Итами попытался уклониться, но мокрые доски моста подвели его. Нога скользнула, и он рухнул на колено. Острие стилета прошло в миллиметре от его горла, лишь оцарапав кожу.

Какая неосторожность, Капитан, прошептал нападавший.

Юджи узнал этот голос. Это был Курибаяши-старший, брат его бывшей подчиненной, человек, чей отдел занимался изучением магических артефактов. Его глаза за линзами высокотехнологичного прибора ночного видения светились холодным фанатизмом.

Вы — угроза стабильности, Итами-сан. Вы и ваш... питомец. Мы не можем позволить, чтобы ключ от Врат находился в руках отаку, который предпочитает чтение манги государственным интересам.

Он замахнулся для второго удара, но в этот момент воздух содрогнулся от оглушительного рева.

Где-то в глубине парка, у самых ворот, земля вспучилась, и из разлома, охваченного фиолетовым пламенем, показалась массивная чешуйчатая лапа. Рори замерла, прижимая алебарду к груди. Ее лицо побледнело.

Юджи, это не мои друзья, прошептала она, не сводя взгляда с растущей тени. Гизель сказал, что мир станет стабильнее, но он не говорил, что другие обитатели бездны решат проверить дверь на прочность.

Курибаяши на секунду отвлекся, глядя на выбирающееся из-под земли чудовище, и этого мгновения Итами хватило. Он с силой ударил противника в колено и, перекатившись через голову, прижался к перилам моста.

Кольцо на его руке внезапно стало обжигающе горячим. Оно не просто вибрировало — оно пело, и этот звук резонировал с ревом существа у ворот.

Похоже, рамэн откладывается на неопределенный срок, пробормотал Юджи, с трудом поднимаясь на ноги. Он посмотрел на Рори, в глазах которой страх смешивался с безумным азартом. Рори, скажи мне, что у тебя есть план.

Мой план — разрубить это надвое, ответила она, оскалившись в хищной улыбке. А твой план, мой дорогой капитан, — сделать так, чтобы этот мир не развалился на куски, пока я буду занята.

Из разлома вырвался столб черного дыма, и вместе с ним на дорожки сада посыпались существа, лишь отдаленно напоминающие людей. Они были облачены в доспехи, сросшиеся с их плотью, и несли знамена, на которых Юджи с ужасом узнал герб, уничтоженный год назад.

Это невозможно, выдохнул Курибаяши, выронив стилет. Мы запечатали ту сторону.

Ни черта вы не запечатали, огрызнулся Итами, чувствуя, как сила Якоря начинает переполнять его, заставляя вены на руках светиться призрачным светом. Вы просто заперли дверь на щеколду, когда в нее ломился танк.

Он шагнул навстречу наступающей тьме, понимая, что его предложение руки и сердца только что превратилось в клятву верности на поле боя. Гизель не обманул — он просто забыл упомянуть, что Якорь не только держит миры вместе, но и служит маяком для всего, что жаждет их поглотить.

В этот момент телефон в кармане Юджи ожил. На экране высветилось сообщение от министра Шиноды, состоявшее из одного слова: «Выбирай».